Андрей «Курт» Васин

Материал из grob.

[править] Curt & The Contras.

Проект одного человека – Андрея «Курта» Васина из Омска. Это первая хардкор группа СССР и России. Курт в своё время играл в Гражданской Обороне, принимал участие в записи первых альбомов ГО, но поссорился с Летовым на почве КГБ и стал сочинять друг про друга оскорбительные песни.

Курт и The Contras – один из пионеров отечественного хардкора. От себя скажу, что понравилось не очень, видимо из-за качества, писалось всё и сводилось дома на катушки. Фанатам Егора Летова лучше не слушать, после их с Куртом ссоры, на почве взаимной неприязни бывших друзей местами прослеживался срач друг друга, причём у Курта в более явной форме. Вообще группу выделяет именно такое отношение к совку в роке, а не только в повседневной жизни, и это при том, что всё происходило в этой самой действительности. Ну а так послушать стоит, хотя бы из-за забавного кавера на песню Ramones – I'm not Jesus.

Летов посвятил ему строфу в своей песне «Западло»:

Был такой чувак – у него был крест

Он глазами зеленел, ожидая Годо.

Он всё время ждал и колеса жрал,

Не дождался ничего и ушел в никуда.

Самое интересное, что эта строфа даже получила ответ. Вот что пишет человек, видимо, когда-то общавшийся с Куртом:

«…с Куртом я в те дни общался довольно часто, поэтому сведения беру не с потолка и не из сновидений. Ну а если не послужит достаточным аргументом в пользу моих слов, ищи оригинальную катушку с альбомом или её копию с оформлением, где на вкладке было написано что-то типа: "Ошибаешься, Егорка, ошибаешься, родной. Я не только не ушёл в никуда, но и даже кое-чего дождался". Правда, не знаю, какие колёса имел ввиду Летов в своей песне про Курта, но когда мы с Куртом познакомились, (1988? плохо помню точную дату), он Летова уже презирал и был абсолютным противником всяких таблеток и алкоголя»

Попалась книжка про ГО - metalism.narod.ru/lib/grob.rar Цитаты про Курта оттуда:

«В марте 1985 года Босс уходит из группы. В связи с этим, при записи (опять же на квартире у Летова) следующего альбома: «Гражданская Оборона» (1985), в составе группы появился «Новый Романтик» Андрей Васин, который исполнил в качестве вокалиста целый ряд песен: «Поганая молодежь», «Не смешно», «Мама, бля». »

P.S. На этом же форуме опять всплывает история об Иване Морге и Егоре (интересно какой это год):

…у Летова постоянно были конфликты… он сам рассказывал как посорился с ИВАНОМ МОРГОМ… они вместе играли а потом посорились… и как говорил Иван МОРГ: «Летов здал его в КГБ…»

песня Курта Stupid core (1991):

Вдруг где-то заорёт «Панки хой!»
Очкастый идиот с козлинной бородой
Убитый помойным ведром
Подкрученный красным советским …
<...>
Но ты не панк, но ты не кор,
Ты просто совковый тухлый Егор
Твой папа – Гребенщиков

[править] Отрывок из интервью с Куртом (самиздат, журнал «ОРЗ» №1 1992 г., Омск)

В: В выходных данных твоего магнитоальбома ты поместил стихотворение Е. Летова. Это просто строки или они посвящены кому-либо?
О: Оно посвящено мне. У меня даже есть его стихи с упоминанием моего имени, они относятся к 1986 году примерно. Вообще с Летовым я знаком с 1984 года. Он в то время слушал музыку 60х годов, имел представление о панке. Тогда это входило в моду, он видимо решил не отставать.
В.: А его проекты типа «Посев» уже реализовались?
О.: Да.
В.: В одном из альбомов ГРАЖДАНСКОЙ ОБОРОНЫ ты даже участвовал. Как указывал Летов в своих «Хрониках». Ты был на подпевках…
О.: Не совсем. Я там спел как-никак две песни. Мы писались в домашних условиях, вместо ударных был портфель. Кроме песен я прочёл один стих. Летов потом эти песни переделал и спел сам. А в первоначальном варианте пел я. Стих был, по-моему, Кузи УО. Я помню лишь первую строку – «Теперь я более недужен…»
В.: А то, что Летов в стихотворении, посвящённом тебе, упоминает про «колеса» – это поэтический образ или это было на самом деле?
О.: Он имеет в виду транквилизаторы – у кого этого не было? Но ничего страшного мы не глотали. Мы спасались ими. Сейчас я свободен от этого.
В.: Ой ли? Летов утверждает, что он и сейчас пользуется наркотиками весьма активно–
О.: Это его проблэмы.
В.: Ну, а почему ты все же с Летовым разошёлся?
О.: Мы разошлись в 1986 году, после гэбистского погрома. Тогда всех прессовали. Это началось перед 7 ноября то ли 1985, то ли 1986 года. Я позвонил Летову, мы договаривались о репетициях. А к тому времени мы в телефонных разговорах, перед тем, как говорить, поздравляли «товарища майора», т.к. были подозрения, что нас подслушивают. Я тоже поздравил «майора», мы поговорили и всё. Через два дня в 9 часов вечера – звонок в дверь. Я открываю, смотрю – стоят двое в дублёнках, норковых шапках. Я понял, что к чему. Спросили меня. Я ответил, что это я и есть. Они по-простецки говорят: «Собирайся…» Когда я на третий раз спросил, кто они такие, они показали ксиву, где внизу ЖИРНО так было написано «УКГБ». Они вновь предложили собраться, сказали, что, мол, «созрел уже давно». Предложили собрать «железки». Я вначале не понял, что они имеют в виду, а потом сообразил, что они намекают на железный крест Третьего Рейха м ПРЯЖКУ с надписью «Gott Mit Uns». Сейчас всё это выглядит забавно, а тогда воспринималось всерьёз. Мы вышли, у подъезда стояла «Волга» N 21-12 ОМШ, водила открыл дверь, а товарищ майор Мешков, как потом выяснилось, это был он, усадил меня. Сели, поехали. Первой Фразой, с КОТОРОЙ обратились ко мне, было: «Ты, сука, что вые..ваешься? За решетку захотел?» Я думал, мы поедем в КГБ, а мы отъехали на набережную, заехали за трансформаторную будку и мне стали чинить допрос. Это продолжалось часов до 11 вечера.
В.: О чём спрашивали?
О.: Спрашивали про Летова. Что, где, когда познакомились и всё такое. Как я понял, многое им было уже известно, кто-то им многое уже осветил. Допрос сопровождался Фразами типа: «Не будешь "колоться", отвезём в ментовку и пизды дадим». А до этого уже были случаи, когда на улице приставали беспричинно какие-то мужики, у Летова это было, у меня тоже. Мошковцева таким же образом отправили в больницу. Делалось все это по одному сценарию: подходит кто-либо и говорит: «Мне не нравится твой внешний вид» и – бац по очкам! У меня такое было дважды, но один раз мне удалось убежать, а ВТОРОЙ раз, когда в подьезде один полез со словами: «Земляк, дай 50 копеек», а потом зашли ещё двое, спасла соседка.
В.: А сколько времени продолжались эти «встречи»?
О.: Первый раз это было под 7 ноября, а второй 22 января. Ко мне на работу вновь приехали и взяли подписку «Обязуюсь не общаться с такими-то людьми». Начиналась она со слов «Прошу не привлекать меня к уголовной ответственности, я обязуюсь быть таким-то, ХОРОШИМ, не общаться с Летовым…» Настойчиво предлагали ещё встретиться, но я отказался. А первый допрос, тот, который был в машине, был обширнейший, ПРИХОДИЛОСЬ говорить обо всем. Я не хотел, чтобы меня отбуцкали в ментовке, я не Зоя Космодемьянская и не молодогвардейцы. Все протоколы я подписывал, каждую страницу. Вообще дело это было не чисто «оборонное» там были и другие люди задействованы. Там были не только музыкальные дела. Шили такое, что мрак – создание подпольной организации Фашистского типа с целью свержения советского конституционного строя и физического уничтожения Генерального Секретаря ЦК КПСС, ха-ха-ха. Того, КОТОРОГО сейчас уже нету. Сейчас это смешно, но тогда… Вот после всех этих прессовок мы и разошлись. Настроение было стрёмное, всюду серые «Волги» мерещились.
В.: А чем занимался после этого Летов?
О.: Я не знаю, по-моему, загремел в дурдом на три недели. Мне кажется, его туда пристроил один из его знакомых в качестве меньшего из зол.
В.: А сейчас контактов с Летовым нет?
О.: Нет. Звонил как-то Мошковцев, просил гитару мою убогую, «Тонику», купленную за 50 рублей, сказал, что с Кузей Уо хочет записываться. У меня гитары уже не было, гитару взяли у Фрэнка, оказалось, она была нужна Летову и Фрэнка мурыжили около полугода, пока он получил назад свою гитару.

Интервью брали: С.С. и Д.Роттен